RuEn

Я человек непубличный

Мадлен Джабраилова — «Вечерке»

Писатель Михаил Шишкин увидел в «Мастерской Петра Фоменко» спектакль «Самое важное», поставленный по его роману «Венерин волос», и сказал: «Режиссер Евгений Каменькович взял из романа живое человеческое дыхание. Мужское, женское. И дал этому дыханию плоть. В эту плоть веришь. Особенно женскую. Уж очень актрисы в театре Фоменко хороши. Какое там хороши — прекрасны!» Актриса Мадлен Джабраилова сыграла в спектакле одну из главных ролей — роль певицы Изабеллы. Столичные театралы знают эту актрису по работам в спектаклях: «Безумная из Шайо», «Война и мир. Начало романа», «Волки и овцы», «Одна абсолютно счастливая деревня», «Отравленная туника», «Три сестры».
С Мадлен Джабраиловой встретился корреспондент «Вечерней Москвы».

 — Мадлен, скажите — «из каких материй» соткано чудо, которое мы называем «Театр Фоменко», в котором каждый спектакль создает ощущение абсолютной художественной достоверности?
 — Это трудно объяснить, потому что мы сами точно не знаем, как это получается. Петр Наумович всегда старается исходить из того, что написано у автора. У нас в театре очень длительный застольный период, когда скрупулезно разбирается каждая фраза писателя. Фоменко старается отобразить то, что написано в тексте и при этом вносит свое личное восприятие. 
 — Это правда, что репетиции у вас продолжаются даже после того, как спектакль уже выпущен?
 — Да. Петр Наумович часто приходит на спектакли, он может их смотреть и через пять лет после премьеры. Театр — это живой процесс, когда что-то «развинчивается», «смещается», тогда нужно «подтянуть» какие-то струны. Мы, актеры, изнутри это видеть не можем. Для нас очень важен взгляд со стороны. Когда Фоменко сидит на спектакле, мы становимся более собранными.
 — Какой своей работой вы дорожите больше всего?
 — Мне трудно что-то выделить. В каждой работе, даже в самой маленькой «ролюшке» — есть часть меня. Мне дороги все мои героини.
 — Одна из ваших последних работ — роль Изабеллы в спектакле «Самое важное», поставленном по роману Михаила Шишкина «Венерин волос». Как ваша труппа решила «замахнуться» на такую сложною прозу, которую даже читатели осиливают с трудом?
 — Я читала этот роман еще до того, как в нашем театре решили его поставить. И поначалу «Венерин волос» мне показался странным произведением — я не могла до конца его дочитать, ругалась, злилась, кидала книгу, потом обратно к ней возвращалась. Когда же я ее осилила, то поняла что была не права. Лучше постараться дотянуться до автора, чем пытаться притянуть его к своему, иногда примитивному уровню. Когда мы уже ставили спектакль — наша задача была раскрыть писателя, которого в массе мало кто читал. Теперь я убеждена, что это блистательная книга. Мы с режиссером Евгением Каменьковичем бросились в прозу Михаила Шишкина с безумным энтузиазмом, мы хотели, чтобы зритель не путался в деталях и «продирался» вместе с нами к смыслу. Спектакль мы дорабатываем до сих пор, внимательно прислушиваемся к мнению коллег, от которых требуем высказывать все замечания. 
 — Авторы очень ревностно относятся к инсценировкам. И я знаю, что Михаилу Шишкину спектакль понравился. Высокая оценка из уст писателя стоит многого, ведь, как правило, авторы «скрепя сердце» принимают режиссерское прочтение и актерскую интерпретацию. Возможно, для кого-то этот спектакль станет мостиком в сложную и трудную для чтения прозу Михаила Шишкина?
 — Могу сказать, что играть в присутствии автора для актера очень сложно. Это совершенно особое переживание. Нас страшно трясло. На спектакле в присутствии Михаила Шишкина происходили очень странные вещи — мы с перепугу чаще, чем обычно, путали и забывали слова. Это происходило от следующих ощущений: «Ведь я произношу его слова, он сидит и слушает их. Как он все это воспринимает?» К счастью, Михаилу действительно понравился наш спектакль. Он приводил на него многих своих друзей и знакомых. Жалко, что он редко бывает в Москве, потому что большую часть времени живет в Швейцарии. 
 — Мадлен, скажите, ваша страсть к лицедейству проявилась уже в детские годы?
 — Я не могу сказать, что с детства любила лицедействовать, помню, что когда нужно было выступать в детском саду, мне это не очень нравилось. Я выросла в актерской семье, папа много лет прослужил в Театре на Таганке. Значительная часть моего детства прошла за кулисами, помню, что я даже школу прогуливала, чтобы прийти и посмотреть на репетиции, пыталась выскочить — поиграть в массовке.
Но что такое театр, я поняла, только уже учась в ГИТИСЕ. А вообще я человек — не публичный, не умею быть душой компании, когда много людей — я тушуюсь.
 — Театр Фоменко — это такой особый прекрасный мир, а в других театрах можно увидеть пошлость, дешевый эпатаж, агрессию или «нафталин»?
 — Да, иногда в театре бывает грустно. Но есть немало хороших спектаклей. Мне нравится все, что делает Гинкас, хотя мрачное мироощущение его постановок мне не близко, но всегда интересно смотреть, как спектакль построен. Мне понравился «Ричард III» Юрия Бутусова в «Сатириконе» — я три раза была на этом спектакле, потому что водила на него друзей и знакомых.Мне очень нравятся постановки Карбаускиса, Туминаса.
 — У вас не такая большая фильмография. Вы избирательно относитесь к киноматериалу?
 — У меня не очень складывалась судьба с кинематографом. Была работа у Кирилла Серебренникова в сериале «Ростов-папа» — это было мое первое знакомство с кино, я помню, что от переживаний очень похудела. Я счастлива, что снялась в эпизоде в «Эйфории» у Ивана Вырыпаева. А сейчас только что закончила свою работу с режиссером Оксаной Бычковой в фильме «Плюс один». Это моя первая большая роль в кино. Этот фильм — история про людей, которым за тридцать.
Моя героиня — переводчица, которая ведет жизнь затворницы, сидит дома, у нее мало друзей, ей не хватает общения. И вот в ее замкнутый мирок врывается англичанин, которого как известного кукольника пригласили в Москву провести мастер-класс для новой шоу-программы на ТВ. И для моей героини открывается мир ярких красок и безумства. На словах это выглядит так, а что получилось — зритель увидит весной следующего года, когда выйдет картина.
 — Если бы вы не стали актрисой — каким трудом смогли бы заниматься в жизни?
 — Я бы с радостью сажала деревья, которых мало в Москве.
 — Театр не приносит больших денег, вас это напрягает?
 — Решив связать себя с театром, я осознавала, что не буду много зарабатывать. Театр — это не коммерческая организация. Но мне всегда хватало на жизнь. Я очень избалованный ребенок, которого семья всегда окружала заботой. Сейчас, оглядываясь на студенческие годы, я удивляюсь — как можно было жить на стипендию, а потом на ту зарплату, которую мы стали получать в театре. Но ведь как-то жили. Потребности растут с годами, но больших соблазнов у меня нет.
 — То есть нет искушения гламуром?
 — Нет совершенно. Мир глянца, рекламы меня утомляет, это совершенно ненужная мишура, которая отвлекает. Так получилось, что последние несколько месяцев, пока я снималась в кино, я жила без телевизора и поняла — как это замечательно! Я наконец-то занялась своими мыслями, стала больше читать, размышлять и спокойнее спать. Хотя я не отрицаю мир гламура и, конечно же, хожу на какие-то светские мероприятия, на вручение премий, тем более что именно там можно увидеть многих коллег и пообщаться с ними.
 — Вы интересуетесь модой?
 — Мой гардероб прост. Я покупаю то, что мне удобно и приятно носить. Хорошо, что сейчас мода эклектична, и можно носить вывернутую наизнанку рубашку, разорванные джинсы и это будет стильно.
Одежда мне нравится универсальная, я не часто ношу каблуки — потому что в театре все время репетиции и мне должно быть комфортно. Гламурных платьев у меня нет. Есть одно вечернее платье, которое я надела всего один раз, облила его соком и с тех пор оно одиноко висит в шкафу. Из украшений я предпочитаю серебро, у меня очень много колец. Но в последнее время я их ношу все реже. Видимо, с годами становлюсь аскетичнее. (Смеется)
 — А что вы можете рассказать о своей личной жизни? Ваше сердце занято или свободно?
 — Свободно. Как всегда, мне не хватает времени на личную жизнь. Я не из таких, кто все время влюбляется. Мне надо долго собираться, наблюдать за человеком. Я спонтанно с кем-то куда-то не пойду. Я не тороплюсь срочно «устраивать свою женскую судьбу». Мне комфортно быть одной и я даже радуюсь: какое счастье — меня никто не тревожит, не заставляет раньше вставать, не спрашивает — куда я иду или почему поздно возвращаюсь. Но я знаю, что рано или поздно настанет момент и я попаду в прекрасную любовную кабалу и не пожалею об этом.
 — Какие качества вы цените в мужчинах?
 — Я ценю в мужчинах индивидуальность, щедрость и чувство юмора, а не люблю — злых, зацикленных на себе, депрессивных, не способных радоваться каждому прожитому дню людей.
 — Как вы поддерживаете себя в тонусе: спорт, диеты, медитация?
 — Я люблю плавание, но часто ходить в бассейн у меня не получается. Фитнес-клубы не посещаю, стараюсь делать упражнения дома, включаю в них элементы йоги, которой меня еще в детстве научила мама. Она старалась укреплять мое здоровье, потому что я была хилым ребенком и часто болела. У меня есть велосипед, но кататься на нем в одиночку не интересно. Придерживаюсь принципов раздельного питания, чтобы не полнеть, а что касается медитации — то мне это не близко.

ДОСЬЕ «ВМ»
Родилась 19 декабря 1971 года в Москве. Окончила режиссерский факультет ГИТИСа. Работает в Московском театре «Мастерская П. Фоменко».
Награды: 1998 год — премия им. Станиславского за роль Девчонки в спектакле «Приключение», 2000 год — премия Фонда О. Табакова"За актерский талант, реализованный в спектакле «Варвары». В 2004 году стала лауреатом театральной премии «Чайка» в номинации «Синхронное плавание» — за актерский ансамбль спектакля «Три сестры».
Фильмография: «Ростовпапа», «Зима-Весна», «9 месяцев», «Жизнь — поле для охоты», «Прогулка», «Эйфория».